«Озоновый слой»: «Красноярский рок более чем жив!»

1268507118_sg09«Озоновый слой»: «Красноярский рок более чем жив!»

До россиянина проще достучаться на русском языке. Петь в России, скажем, на английском, я не хочу.

Как бы мы ни кичились, а красноярская рок-сцена все-таки не слишком часто выдает проекты, способные прожить долгую творческую жизнь и засветиться на крупнейших фестивалях. Группа «Озоновый слой» наглядно подтверждает: чтобы добиться известности, талантливому музыканту не обязательно уезжать в столицу. Историю своего успеха нам поведал лидер группы Андрей КУПРИЯНОВ.

Разумный эгоизм

— Начнем с загадочного: правда ли, что название группы «Озоновый слой» появилось уже после выхода одноименных песни и альбома?

— Альбом «Озоновый слой» мы записывали еще в составе «Взвода». На широкую аудиторию до этого особо не рассчитывали, потому что понимали: мало научиться играть две-три песни.Если выходить к массовому слушателю — то с таким материалом, который сможет претендовать на место в хит-парадах и выглядеть там достойно. Мы изначально решили подойти качественно к этому вопросу и записать хороший альбом. К тому же в то время мы впервые выступили в Красноярске на «Живом звуке — 2003». Название «Взвод» было затертым: оно использовалось везде, даже фильм такой на слуху был. И мы бы стали заложниками неких ассоциаций: голубые береты, чуваки под гитару о войне поют. И хоть я с большим уважением отношусь к песням такого рода, имя группы было решено поменять. Долго не думали — взяли название альбома. Что касается песни «Озоновый слой», то это одна из немногих вещей, которую мы играем уже несколько лет. Многие люди познакомились с нашим творчеством именно через эту песню. И теперь практически каждую нашу программу начинаем с нее.

Творим только для себя

— Ваш последний альбом называется «Эгоист». Из этого нетрудно сделать вывод, что музыку вы делаете для себя…

— Да, творим только для себя. Если мы пишем песню и она нам не нравится, то играть мы ее не будем. Лучше всего, конечно, когда песня по нраву и нам, и слушателям, хотя некоторые скептики начинают обвинять в конъюнктуре. Мол, если нравится всем, то высосано из пальца. Но это несерьезно. А еще есть старенькие вещи, которые уже просто неохота играть, которые пытаешься выкинуть из программы, заменить новыми треками, но люди все равно просят спеть их любимую песню. Как у «ДДТ» — выйдут с новой программой, которую репетировали два года, а народ кричит: «Осень» давай!» Сам Шевчук говорил: «Угораздило же меня написать народную песню». Что касается альбома «Эгоист», он связан с забавной историей. Выпустили мы его в октябре, в ноябре презентовали в баре «Че Гевара». А в марте у группы Animal Jazz выходит альбом с точно таким же названием. Долго хохотали. Впрочем, для нас это не так неважно.

Для выступления нужен кураж

— Вы часто участвуете в рок-фестивалях. Что и где запомнилось больше всего?

— Самое яркое впечатление не было самым приятным. Дело происходило в Екатеринбурге, на фестивале «Старый новый рок»: во время нашего выступления вся аппаратура отключалась пять раз! Нам стоило больших моральных усилий постоянно собираться с силами и продолжать. А еще в Екатеринбурге, кстати, у нас сгорел стол. Нам тогда сняли шикарную меблированную квартиру. Мы всей группой сидели в комнате, обсуждали наш экстремальный концерт, как вдруг из кухни запахло паленым деревом… Клавишник поставил варить пельмени на газовую плитку. Забегаем — и видим, натурально, стол горит! Слишком близко к плите стоял…

Запомнился и «Воздух» в Петрозаводске. Мы стояли с Алексеем Хитровым напротив сцены, смотрели чье-то выступление, и тут к нам подбегает толпа девчонок с криками: «Это правда вы?» Мы слегка опешили: «Ну мы. А кто мы?» Восторженные крики продолжились: «Это же «Озоновый слой»!». Нас это сильно удивило… Сразу поверили в силу музыки, в то, что «Озоновый слой» теперь знают и на другом конце нашей необъятной родины.

— Что еще нужно для хорошего выступления, кроме качественной аппаратуры и пельменей?

— Для выступления необходим какой-то внутренний кураж. Сложно, конечно, выходить выступать, когда твою музыку еще не знают. Но если ты чувствуешь, что люди тебя понимают и принимают, начинается невероятный обмен энергетикой. Люди понимают, что делаешь ты, а я чувствую то, что нравится им. Это наивысшая точка удовольствия от концерта. В Петербурге, на «Рокоте Балтики — 2007», стадион на 30 тысяч человек хором орал: «Я живой!» Это невероятное ощущение! Выходишь на сцену, и громада народа, причем в Петербурге, который видел ВООБЩЕ ВСЕ, поет вместе с тобой. Только ради этого стоит жить.

Мы — патриоты

— Возникало когда-нибудь желание исполнить песню на другом языке?

— Это не мое, сразу говорю. Я не приемлю идеи петь в России, скажем, на английском. До россиянина проще достучаться на русском языке. Это ему понятнее, не надо обращаться к словарям, к знакомым, которые знают язык. Человек сам понимает, что мы ему хотим сказать. И ведь слушателя не обманешь, он сразу определит в первые несколько минут, «его» это или «не его», принимает он это или не принимает. Я сторонник того, чтобы петь в России на русском языке. Хотя наверняка есть много коллективов, которые исполняют достаточно успешно музыку в стиле инди, точно не знаю, не моя тема. Из российских проектов, которые удачно выступили в Европе на английском, — это «Парк Горького», модными стали «Тату».

— Рок-фестивали в Красноярске собирают толпы. А рок-радиостанции закрываются или покидают город. Красноярский рок жив?

— Красноярский рок более чем жив! Новые команды появляются каждый год, есть много молодых ребят, которые через полгода-год будут известны в городе и крае. Считаю, рок-движение процветает. Жаль, правда, что «Наше радио» больше не транслируется. Но вещание зависит от рекламодателей, радиостанция не будет жить только за счет того, что какой-то процент молодежи слушает музыку. К тому же, за исключением «Авторадио», все плэйлисты составляются в Москве. И попасть в такой плэйлист местному музыканту практически невозможно. Тем не менее я верю в светлое будущее, в то, что появится, к примеру, специализированное интернет-радио, где будут крутить трэки, удобные не только москвичам.

Кстати, с «Авторадио» у нас хорошие отношения, там мы впервые провели акустический концерт в прямом эфире. Мы открыли счет в этом направлении, теперь там периодически выступают разные местные группы. Это интересно и слушателю, и радиостанции, и музыкантам, ведь это необыкновенный опыт, необходимый артисту.

Себя мы позиционируем как патриоты. Мы группа, которая верит в то, что есть питерский рок, московский, екатеринбургский, и когда-нибудь все признают, что есть и красноярский рок. Необходимо ломать стереотипы, что если команда из Москвы — это обязательно круто, а если из провинции — не стоит и слушать. Этот стереотип живет не только в Красноярске, он повсюду. И с ним надо бороться: появилась же в Омске «Гражданская Оборона» Летова. И это не было исключением. Благо есть люди, которые это понимают и готовы помочь.

ДОСЬЕ

История «Озонового слоя» началась в 1990 году со школьной группы Андрея Куприянова с брутальным названием «Морг». За прошедшие годы менялись тексты, звук, участники команды (кроме самого Андрея из первоначального состава не осталось никого), даже название группы — «Морг» стал «Взводом», а тот, в свою очередь, «Озоновым слоем». Сегодня в его составе играют Андрей Куприянов (автор песен, гитара, вокал), Алексей Хитров (бас-гитара), Юрий Загудаев (соло-гитара), Дмитрий Антонюк (ударные), Андрей Мышьяков (клавишные).

«Озоновый слой» — постоянные гости рок-фестивалей, группа получила признание не только в Красноярске, но и во многих других городах России.

Евгений КАМАРДИН.

Сегодняшняя газета от 06.08.2009 г